Зависимость

Как просто говорить об этом, имея ввиду кофе, привычки в еде, любимые вещи,  или бравируя лукавством, говоря об алкоголе, обезболивающих, интернете, ночном покере или ставках на любимую команду.

Все - маленькая игра с незначительным или отсроченным риском.

Нет боли. Не бывает ломок. 

Желание прервать или закончить раз и навсегда, кажется абсурдным, ведь жизнь коротка, радостей мало, а стресс все чаще, глубже, продолжительней.

Выбрать себе, от чего зависеть - как часть визитки в графе идентификация. 

Ведь, может быть, этим можно вполне выгодно отличаться. 

Кому интересно то, чем ты хорош. Всегда важнее то, чем ты деструктивен, чем ты себя убиваешь, или от чего зависишь.

Даже если это и не так, сказать при встрече, что ты не можешь проснуться без чашки, или унять дрожь без таблетки, или выйти из магазина без лого на плече или подкладке - разве это не причина отличаться, или найти таких же, или просто поговорить об этом, потому что больше не о чем.

В каком-то смысле - это протест, в каком-то поиск собственной уникальности, а может и то и другое, плюс способ найти, того, кто понимает, что значит проделать путь в 20 этажей, преисполненным презрения за отвержение и радости от предвкушения двух десятков затяжек.

Все это можно регулировать, нет страха потерять контроль, и потому играть в слабость на глазах других, не более чем удовольствие.

Другое дело то, что не приятно предъявлять, о чем неприятно говорить.

Не только всем, но самому себе. 

Не то что говорить, но думать так, означает признать свою слабость.

Зависеть от кого-то. Одного или группы. Зависеть от социальных контактов, общественных статусов, внешнего взгляда, мнения, оценок себя и отражения в глазах других.

Так просто объяснить себе, что так интереснее, проще, больше возможностей. 

Быть рядом со всеми, быть в контакте с множеством, иметь тысячи подписчиков. Чувствовать чьи-то взгляды, присутствие, "поддержку".

Досуг разнообразнее, кругозор шире, впечатления ярче.

Но почему здесь нет места разговорам о зависимости. 

Быть может, потому что аффилативная потребность - часть культурологической морали? Или социальная реализованность идет вполне благопристойной подменой отсутствию смелости на собственный выбор и одиночество?

Почему нет места разговорам о бешеном голоде стремления быть в симбиозе, катастрофическом дефиците ощущения близкого контакта, жесточайшей зависимости от количества связей, ведущей то в массовые тренинги, то в группы правильного питания пирамидально-сетевого принципа, то в околорелигиозные организации проиудейского толка.

Вовлечение стало нормой и смыслом понятия восстребованности. 

Зависимость - фасадом внутренней пустоты и бессмысленного поиска собственной идентичности.

Быть с кем-то - единственным способом сказать себе: Я-есть.

Такого рода зависимость, совсем не то что чашка кофе или сигарета. Глубину и масштаб строгого ошейника спрятать или игнорировать не получается ни от самого себя, ни от того, в ком данная нужда находит отклик.

Признать ее - поставить пожизненный диагноз на запястье через сотни рукопожатий и объятий в стенах очередной "секты".

Выход из состояния невыносимой лжи себе находится в простой манипуляции словесной игры. 

"Зависимость" становится "Любовью". 

А средством маскировки - тотальная договоренность о лицемерии и птичьем языке, где белое - есть черное, где между да и нет - пропасть вместо континуума, где отказ быть совместно вовлеченным становится предательством и предается анафеме.

Задача решена. Зияющая пустота себя закрыта бейджем с ярлыком Приверженность, а статус определен числом пришедших в новый дилетантский кружок под словом "школа", "академия", "команда".

Конформность - главное действующее лицо в игре "Зависимость", а степень лицемерия определяется высокой планкой веры, после порога оголтелости на грани фанатизма.